Уральцы, неравнодушные к истории, знают, что в нашем городе до революции 1917 года было более 10 храмов. Из них сохранились всего три (полуразрушенную церковь Иоанна Предтечи на территории завода «Зенит», увы, мы не включаем в этот счёт). Все мы также знаем об уральских событиях 20-30-х годов из советских учебников: взятие Уральска красными, осада белогвардейцев, победоносная Чапаевская дивизия, торжество советской власти, допущенные «перегибы». За сухими строчками непонятно – а почему, собственно, стёрты с лица земли прекрасные исторические здания, как были уничтожены эти духовные центры? Почему молчали многочисленные прихожане, которые составляли большинство населения Уральска? В книге Владимира Кутищева есть ответ на эти вопросы. Здесь показан тот маховик репрессий, который начал раскручиваться в 20-х годах и в конце 30-х превратился в чудовищный каток, давивший всех без разбора.
В архивах - всё
Владимир Владимирович собирал материал для книги более 10-ти лет, с 2001 года. Он работал в архивах Западно-Казахстанской, Атырауской областей РК, Оренбургской области РФ, в специальных архивах президента РФ, Управления Федеральной службы безопасности РФ и Департамента Комитета Национальной Безопасности РК. Конечно же, он получил большую поддержку в Уральской епархии и благословение на труд от архиепископа Уральского и Актюбинского Антония.
- Материалы о репрессированных 20-30-х гг были засекречены до недавнего времени, и только сейчас тайны бывшего СССР начинают приоткрываться, - сказал автор на презентации книги. – Я благодарен всем сотрудникам архивов, которые отвечали на мои запросы, и особенная благодарность – руководителю Департамента КНБ по ЗКО генералу-майору Джигитекову Н.Р.
Тема книги оформилась не сразу. Сначала у меня появились разрозненные сведения о репрессированных уральцах. У нас есть Книга Скорби, в которой занесены эти имена. Там указаны некоторые сведения о людях, так вот, у некоторых не обозначена профессия. Это и есть священники. Постепенно сведений становилось всё больше, и мне захотелось узнать подробнее о биографиях людей. Так началась целенаправленная работа в архивах. В архив ДКНБ ЗКО я ходил в течение года. При изучении дел специальный сотрудник архива находился рядом со мной, и некоторые листы дела он закрывал листом бумаги. Я догадался, что это были показания свидетелей, и считаю, что, действительно, эти имена не следует публиковать – с этической точки зрения. Также я нигде в книге не указываю имена следователей. Названы только большие начальники, которые руководили этим процессом, но это общеизвестные факты, доступные любому. Хочу заметить, что, погрузившись в эпоху, я начал понимать мотивы тех, кто писал доносы. Это было настолько страшное время, «взять» могли кого угодно. Люди чувствовали, что над ними сгущались тучи, и хотели отвести беду, «разоблачив» кого-то другого. Но это никому не помогало. Сами чекисты попадали под этот каток, почти все исполнители были уничтожены, некоторые – осуждены.
Жестокий век
В книге В. Кутищева приведены сведения о 178-ми репрессированных служителях церкви. Это священники церквей Уральской области, а также священнослужители из России и монахини из российских монастырей, сосланные в Уральск. Это и старосты, члены церковных советов, псаломщики храмов. Перед нами скупые архивные данные о судьбе викария Ярославской епархии Вениамина (Воскресенского), который в 2000 г был причислен к лику святых. Ещё одна яркая личность – священник-старообрядец Мокий Алексеевич Кабаев, собравший «Крестоносную дружину» из пожилых уральских казаков. Седобородые воины считали красноармейцев-безбожников слугами Антихриста и боролись с ними не только оружием, но и молитвой. Таких людей советская власть совершенно обоснованно считала врагами, но какой урон могли нанести ей бывшая актриса, 70-летняя Антонина Орлова, 75-летняя Калерия Доеничева, 60-летняя Евдокия Горшкова? Они всю жизнь жили по церковному укладу и продолжали праздновать Пасху, работали в меру сил при церквях. Обвинения против них звучат с позиции нашего времени чудовищно- нелепо: шпионско-террористическая повстанческая деятельность, восхваление фашизма (!), сопротивление коллективизации…
По протоколам допросов видно, что следователи писали с их слов так, что люди, рассказывая о своей совершенно некриминальной деятельности, на самом деле оговаривали себя! В 37-38 годах дела фабриковали за 3-4 дня, человека расстреливали по приговору так называемых Троек. «Особенно жутко было держать в руках отчёты о расстрелах, - говорит Владимир Кутищев. – Это небольшие синие конвертики с вложенными внутрь тонкими листками, где написано всего несколько строк».
Расстреливали и ссылали по разнарядке, присланной из Москвы, в шифровках под грифом «Секретно» - подписи первых лиц СССР. Автор разместил в своей книге фотографии этих шифровок: «По антисоветским элементам лимит для подлежащих расстрелу для Казахстана был определён 2500 человек. Это количество полностью использовано и области ставят вопрос о дополнительном контингенте… прошу разрешить через тройки расстрелять дополнительно ещё 3500 человек». Секретарь ЦК КП(б) Казахстана Мирзоян, 4 октября 1937г. На ЗКО просили «выделить лимит» в 250 человек.
По-христиански
От имени Уральской епархии за огромный труд Владимира Кутищева поблагодарили уральские священники, которые были приглашены на презентацию книги.
- Трагические события начала 20-го века – аресты, ссылки, расстрелы - сопоставимы с гонениями на первых христиан, - считает архимандрит Феодосий (Курьянов). – Люди жили в страхе, который у старшего поколения не изжит до сих пор. Когда коммунисты пришли к власти, они захватили телефон, телеграф, а чтобы удержать эту власть, нужно было разрушить духовные ценности прошлого. Сегодня люди могут свободно исповедовать свою религию. Но сейчас в храм ходят столько же людей, как и в советское время. Нужно использовать такую счастливую возможность, ведь, как видите, она даётся не всегда.
Хочется отметить дизайн обложки, разработанный автором. На чёрном фоне только что потухшая свеча, над которой вьётся дымок – образ отходящей души. Алым горят слова молитвы, которые он выбрал для названия книги.
- Мы, христиане, должны прощать обидчиков, - сказал в завершении Владимир Кутищев. – Церковь признаёт любую власть, и ни один священник в протоколах допросов не проклинал своих мучителей. Они считали, что та власть была «дана нам по грехам нашим». Настало время осмысления, примирения. Мы тоже не должны осуждать прошлое.
Марина Семёнова
